Великий мастер

Неспособность самостоятельно творить порождает критику.
Гениальный мастер говорит себе при свете своей лампы: сегодня вечером я заканчиваю
свое произведение, завтра день награды, завтра благодарная публика воздаст за мои труды,
завтра, наконец, все увидят, что моя коллекция великолепна. Человек этот забывает, что
существуют завистники. Действительно, завтрашний день наступает, коллекция создана,
она великолепна, а между тем публика не оплачивает своего долга автору. Зависть относит
далеко от автора сладкий аромат похвал, она заменяет его отравленным запахом критики и
клеветы. Сколько есть великих мастеров в мире меха, которые не выносят соперников, не
желают делить уважение ни с одним из своих сограждан и забывают, что на пиршестве
славы всякий, если можно так выразиться, должен иметь свою долю. Даже самые
благородные души прислушиваются иногда к голосу зависти: они сопротивляются, но не
без усилий ее советам. Природа создала человека завистливым. Желать изменить его в
данном отношении это все равно, что желать, чтобы он перестал любить себя, все равно,
что желать невозможного. Зависть существовала всегда, существует и в наше время и
нисколько не потеряла своей силы, ибо ничто не может изменить природу человека.
Действительно, кто может похвалиться тем, что он всегда мужественно прославлял гений
мастера, создавшего понравившуюся вам коллекцию шуб, что он никогда не скрывал
своего восхищения ей, что в присутствии продавца не хранил молчания и к похвалам по
адресу таланта создавшего ее мастера, не добавлял одного из тех коварных но, которые так
часто вырываются у покупателей.